 |
|
Traume kamen ihm und rastlose Gedanken aus dem Wasser des Flusses geflossen, aus den Sternen der Nacht gefunkelt, aus den Strahlen der Sonne geschmolzen, Traume kamen.. Я пообещал ему, что войду в пай, лишь бы отвязаться. Уж этот Гомес! - Эй, приятель, - раздался чей-то тихий голос... Темнота черней чернил. Дьявол, знать, тебя учил Поступать безбожно! Дождь и гром. В глазах черно. Баба, выгляни в окно! Дура, выгляни в окно! Ах, тебе не жалко?.. Смотрите также: Олег Антонов.Демократический пророк, конец эпохи Анатолий Королёв.Солженицын. осень патриарха Юрий Кувалдин.Антисоветский Солженицын Вячеслав Курицын.Солженицын после восьмидесяти Арина Гинзбург.Александр Солженицын - великий классик или воинствующий антисемит Мои размышления о книге Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ» Нравственная проблематика в повести А. И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича» Искусство создания характера. (По повести А.И.Солженицына «Один день Ивана Денисовича») Проблемы общества в некоторых произведениях А.И. Солженицына. Русская деревня в изображении Солженицына |
Тем временем: ... И даже кто, с боку на бок переваливаясь, заметил в покое орла, хлещет по веревке нагайкой. Так проходит день, два; задерганный, слепой, голодный орел еле еле сидит, нахохлился, распустил перья, вот вот упадет и будет висеть на веревке, как дохлая курица. Тогда снимут с глаз его кожаную коронку и покажут – только покажут! – кусочек мяса. А потом опять ставят орла, и это мясо вываривают и дают немного поклевать этого белого вываренного бескровного мяса. Продержат, подергают еще дня два, показывают свежего, кровавого, теплого, дымящегося мяса и отпускают орла. Теперь, как пес, плетется орел за мясом по юрте. Мамырхан довольный улыбается, смеются охотники, маленькие дети подхлестывают орла прутиком, и даже собаки удивленно и нерешительно смотрят, не знают, что делать: по перьям – орел, хватать бы его, а ведет себя, как собака – друг человека. – Ка! – кричит киргиз. – Ка! Орел плетется себе. И над царем птиц все покатываются. Мамырхану очень понравилась птица. Он сам хочет испытать орла на охоте, садится на коня, показывает орлу кусочек мяса. – Ка! Орел садится к нему на перчатку. Мы едем охотиться туда, где много водится зайцев, – к пустынной горе Карадаг. Вот загонщики и выгнали зайца, кричат: – Куян! Заяц бежит по той самой долине, где мы поймали орла. Мамырхан снимает с глаз орла коронку, отвязывает цепь и пускает. Взлетает орел над долиной, с шумом, как камень, бросается, – вонзил в зайца когти, пригвоздил его к земле. Вот клевать бы, клевать и что еще проще: взмахнуть крыльями и унести зайца на вершину горы Карадаг. И, может быть, он уже и подумывает об этом, алая горячая кровь бежит у него из под лап, в глазах опять загорается черный огонь, крылья раскрыты. Мгновенье еще, и он улетел бы в горы к родным и был бы свободен, и, наученный, никогда бы больше не попадался в человеческую ловушку, но как раз в это мгновенье Мамырхан крикнул: – Ка! И показал вынутый из за голенища припасенный в ауле кусочек мяса... |
